Cocaine Columbia Луховицы

Вот я однажды гуляю по нашему худому району, когда вижу закадычного приятеля, который умеет делать классные закладки наркоты. А называется эту штуку "закладкой" потому что потом, после приема, вроде и закладывается, и как бы забылось, но все равно остается в голове, понимаешь? В общем, я подошел к нему, завязал разговор и сказал, что мне нужна крутая шняга.

И вот, через пару дней, я уже сижу в своей лазаретной квартирке и делюсь своими находками с друзьями. Разогнали настроение попперсами, а потом выпалили пару дудок, да таких, что ни один афганский наркобарон не смог бы соперничать. Знаешь, это такой кайф, когда ты дымишь эту дудку и чувствуешь, как тебе все начинает казаться просто охуенно и ты даже начинаешь верить, что ты самый сасный кун в этой дыре.

Но потом я понял, что нужно развиваться, иначе заживу наркоманской жизнью, а это не для меня. И тогда я решил открыть свою нелегальную точку продажи шаурмы. Ведь кто-то должен обеспечивать голодных наркоманов, да и бабок можно наварить. Хотя, блин, бабки все уходят на герыч, а не на шаурму, но это уже другая история.

Собрал я свою команду косых пацанов, чтобы вместе устроить это дело. Кто-то готовит шаурму, кто-то развозит, а я заливаю свою болтушку в трехлитровую банку и добавляю туда все самое охуенное. У нас ведь только самое лучшее - и мясо, и овощи, и соусы, и наркотики.

И так, аферу палить не буду, но скажу, что наша шаурма была такая вкусная и такая ошеломляющая, что все бомжи и наркоманы покупали ее с удовольствием. А уж когда у нас появился новый сосед - братец из соседнего района, который оказался еще более крутым наркоманом, чем мы, так вообще шаурма полетела на ура!

Мы работали как заложники, каждый день поставляли свою наркотическую шаурму, а он менял нашу болтушку на свою герычную траву. Кажется, нам удалось достичь взаимовыгодного сотрудничества.

Но со временем стало все сложнее. Шаурма забиралась не только в глотку на одном дыхании, но и в глотку полиции. Начались облавы и стало все очень горячо. Когда-то мы были крутыми, но потом все пошло по пизде. Я разочаровался в нашем бизнесе и понял, что нужно менять жизнь. Не торгуй наркотой, не открывай нелегальных точек продажи, не мечтай быть сасным гопником. Это только приведет тебя к грустному концу, когда ты будешь просто кататься по улицам в поисках новой дудки или еще хуже.

Верь моему опыту, парень, у нас в стране и так хватает наркоманов и гопников. Лучше занимайся чем-то полезным, ищи свое призвание, а не сиди на игле или дудке. Да и шаурму в хороших местах можно найти. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на глупости.

Все началось с шугани. Я жил в проклятой скучной деревне, где ничего не происходило, а мечты наркомана о жизе на острых ощущениях и айфе оставались только крошечными иллюзиями. Я мечтал о чем-то большем, о чем-то, что даст мне реальный кик, что-то, что станет моим зельем, моим счастьем. И вот однажды, в этой темной, грязной аллее, я наткнулся на наркоторговца, который предложил закладки, которые изменят мою жизнь. Я не смог устоять перед искушением и купил пакетик с этими кристаллами.

Когда я впервые попробовал это чудесное вещество, я понял, что это просто жиза! Все стало ярче, ощущения стали более усиленными и насыщенными. Я стал чувствовать себя айфом супергероя, готовым покорить этот мир. Но этот кристаллический шок быстро исчезал, когда пакетик пустел.

И тут мне пришла гениальная идея - почему бы не создать свой собственный бренд закладок? Если эти кристаллы могут дать мне такой кайф, то почему бы не делиться им с другими?

Моя команда агентов по продажам была просто невероятной! Мы были настоящей командой, готовой покорить мир наркотиков. Мы разносили мои закладки по всему городу, распространяли слухи о них и создавали фанатов. Мой бренд стал культовым явлением среди молодежи.

Но все, что имеет яркий свет, имеет и темную сторону. Мне пришлось сделать выбор - жизнь на острых ощущениях или жизнь в тюрьме? Я выбрал последнее.

Сегодня я сидел в узкой камере и думал о том, как бы ни была крута моя жизнь на закладках, она превратилась в настоящую жизу. Я потерял все, что имел, все, что оставалось после моей молодежной безрассудности.